Гельман бьет с размаху

«Поняла, что все они мертвы»

Как оказалось, нападавшие действовали под началом и по инициативе Василия Петрова, среднего сына той самой соседки Федяевой — владелицы коз. Уроженцы республики Дагестан Ислам Омаров (ему удалось сбежать) и Гаджи Турачмагомедов (умер в машине) работали сторожами на стройке в Подмосковье. Петров (также умер в машине) был исполнительным директором строительной фирмы. Четвёртый нападавший, Мирослав Ордынский (умер возле калитки), был знакомым Петрова.

Как следует из материалов дела, накануне описываемых событий Василий Петров находился на объекте в Солнечногорском районе Московской области, примерно в двух часах езды от Михайловского.

«Около 18:00 ему позвонила мать и стала жаловаться, что её обижают соседи, издеваются над ней и натравливают собаку на её коз. Попросила его поговорить с соседом», — рассказывала на допросе гражданская жена Петрова Елена Храмкова.

Именно она, по её словам, и привезла всех четверых в Михайловское. При этом Храмкова в тот момент была на девятом месяце беременности. Видимо, сам Петров управлять авто не мог, так как был пьян. Это подтверждается показаниями свидетелей и судебно-медицинской экспертизой тел (RT ознакомился с документом). Содержание алкоголя в крови Петрова на момент смерти — 2,6 промилле, это сильная степень опьянения.

Как утверждает Храмкова, именно Михаил позвал Петрова «приехать и тут поговорить», а не наоборот.

Также по теме

«Она писала заявление, но никто не вмешался»: многолетние издевательства мужа над женой закончились жестоким убийством

Житель посёлка Кумысное в Челябинской области зарезал жену в присутствии собственных детей. Мстил за то, что женщина решилась подать…

«После этого Василий сказал, что надо ехать, иначе над матерью так и будут издеваться», — говорила следователям женщина. По её словам, сторожей со стройки и своего знакомого — Ордынского — Петров пригласил «в качестве массовки», при этом те «с радостью» согласились, поскольку им «было скучно на объекте».

Храмкова утверждает, что осталась в машине, пересев на пассажирское сиденье, и происходившего на участке Зобенкова не видела — «только слышала крики и шум драки».

Как установило следствие, вся схватка длилась четыре минуты, рассказала RT адвокат Зобенкова Галина Иванцова. Поняв, что ворвавшиеся к нему на участок ранены, Александр сел на крыльцо и сам вызвал скорую и полицию. «Надеялся, им ещё сумеют помочь», — передаёт слова своего подзащитного Иванцова.

«Всё было в крови, вся баня (где отмывали избитого Васильева, когда он пришёл в себя. — RT), весь двор в крови!» — вспоминает со слезами Екатерина, жена Михаила Васильева.

Пока Зобенков с семьёй и гостями дожидались скорой и полиции, Елена Храмкова прибежала в дом Федяевой (матери Петрова) со словами «Пойдёмте скорее, Вася умирает». Это следует из протокола допроса Федяевой. Она, врач по образованию, проверила пульс и зрачки у лежащего ближе всех к калитке Ордынского, а затем у Турачмагомедова и собственного сына, находившихся в машине.

«Поняла, что все они мертвы, мой сын мёртв», — вспоминает Федяева.

«Имели возможность покинуть территорию»

В ходе следствия выяснилось, что на месте преступления осталась только одна из палок, с которыми были нападавшие. На ней экспертиза обнаружила пот Петрова и кровь Васильева. Оставшиеся три палки, как утверждает защита Зобенкова, «то ли не искали, то ли не нашли».

«Кроме того, следствие делает вывод, что Зобенкову уже не обязательно было обороняться, так как преступные действия на тот момент якобы прекратились, причём прекратили их женщины!» — подчёркивает Галина Иванцова.

В постановлении о привлечении Александра в качестве обвиняемого говорится, что «в момент причинения Петровым и Турачмагомедовым телесных повреждений Васильеву между последним и нападавшими встала Соловьёва (жена Александра. — RT) с малолетней Зобенковой на руках, фактически препятствуя нанесению телесных повреждений находящемуся на земле Васильеву». А подошедшая к ним Пирогова (жена Михаила Васильева) «стала удерживать палку, тем самым также препятствуя нанесению ударов Васильеву». По версии следствия, мужчины «в результате действий Соловьёвой и Пироговой фактически перестали наносить телесные повреждения Васильеву».

До этого Зобенкова ни разу не привлекали к ответственности, он говорит, что не знал, как работает полиция, проводятся расследования. «Я был уверен, что следствие во всём разберётся», — добавляет Александр.

Как только прибыли правоохранители, он написал явку с повинной. Практически сразу суд избрал меру пресечения в виде ареста, Зобенкова отправили в СИЗО, где он находится до сих пор.

Психолого-психиатрическая экспертиза подтвердила, что Александр был вменяем в момент происшествия. А вот состояние аффекта подтверждать не стала. Это связано с тем, что Александр не отрицал факт употребления алкоголя в тот день, уверена адвокат Иванцова. Зобенков сказал, что выпил «не более трёх стопок водки». В обычной жизни, говорит адвокат, Зобенков пьёт редко. Это же подтверждают и соседи, по просьбе защиты составившие характеристику на него и его семью (есть в распоряжении RT).

«Но при экспертизах действует негласное правило: если выпил хоть немного алкоголя, даже пива, то состояние аффекта не признают», — поясняет Иванцова.

По версии следствия, Александр и остальные находившиеся на участке «не были ограничены в передвижении и имели возможность покинуть придомовую территорию».

«Но как он мог бежать из своего дома, бросив женщин, детей наедине с четырьмя вооружёнными мужчинами?» — недоумевает Иванцова.

В Следственном управлении СКР по Тверской области на вопросы RT по делу Александра Зобенкова не ответили. «Сообщить интересующие вас сведения (в соответствии с требованиями действующего законодательства) по уголовному делу, находящемуся в производстве следственного управления, не представляется возможным», — пояснили в ведомстве.

Драка

Как рассказывают Марина и Михаил, из машины выскочили четверо мужчин. В руках у них были деревянные палки, похожие на черенки от лопат. Зобенкова ударили по ногам, он выпустил ребёнка из рук, спешно завёл в дом и вернулся на улицу. Пятилетняя дочь Васильева убежала и спряталась в бане. Самому Михаилу практически сразу разбили голову ударом палки, он упал на землю, потеряв сознание. Нападавшие продолжили бить его по рукам, ногам, туловищу и голове. Врачи диагностировали у Васильева сотрясение мозга, рану теменной части головы, рваную рану пальца, ушиб и гематому левого и правого бёдер.

  • Михаил Васильев получил серьёзные травмы

Жена Васильева, Екатерина Пирогова, пыталась выхватить палку у одного из незнакомцев — за это её также ударили по коленям. По словам Пироговой, нападавшие угрожали им убийством.

Как расскажет позже следователям Зобенков, он «думал, Михаил уже убит» и он «остался один против четверых, с женщинами и детьми, которых должен был защитить». Александр взял со стола нож, которым резали овощи.

Холодным оружием Зобенков никогда не увлекался. В армии служил в обычной мотострелковой роте водителем. Тем не менее он несколько раз ударил нападавших по корпусу и конечностям. Они стали убегать к калитке. Один упал прямо за ней. Ещё двое добежали до машины, но уехали недалеко. Автомобиль нашли в 200 м от дома, водитель и пассажир скончались от полученных ран прямо в авто.

Четвёртого нападавшего ближе к утру обнаружили в центре села. Как мужчина утверждал позднее в показаниях (RT ознакомился с протоколом допроса), он не знал о случившемся и ждал, когда его заберут остальные.

«Это не смертельно»

Тем временем Зобенков, Соловьёва, Васильев и Пирогова уже полгода пытаются добиться возбуждения дела против четверых нападавших. Пока безуспешно.

По словам Ирины Кузьминой, адвоката Михаила Васильева и Екатерины Пироговой, её подзащитные подавали заявления и в полицию, и в Следственный комитет, и в прокуратуру.

При этом Михаил две недели был на больничном. «Шов сантиметров 15 был на голове», — вспоминает гражданская жена Михаила. Сам мужчина добавляет, что палец у него до сих пор полностью не восстановился.

Психологические травмы получили и дети — трёхлетняя дочь Зобенкова и пятилетняя дочь Васильева. Об этом свидетельствуют заключения детских психиатров (есть в распоряжении RT).

Адвокаты полагают, что если в отношении Петрова, Ордынского и Турачмагомедова и откроют дело, то, скорее всего, прекратят в связи с их смертью. «Но это в любом случае необходимо, ведь с их стороны тоже имело место преступление, и по закону обязаны это признать, дать оценку их деяниям», — объясняет Кузьмина.

В возбуждении дела ОМВД по Калининскому району Тверской области отказал уже дважды, говорит адвокат Галина Иванцова.

«Сначала летом был отказ, но после жалобы в прокуратуру его отменили, — поясняет она. — Мои подзащитные подали заявления ещё раз. И вот в конце ноября пришёл второй отказ».

Адвокат собирается обжаловать его в суде.

В действиях Петрова и приехавших с ним мужчин «не усматривается состава преступления, а усматриваются признаки административного правонарушения», говорится в постановлении об отказе в возбуждении дела (есть в распоряжении RT). Кроме того, правоохранители обосновывают своё решение «невозможностью привлечения этих лиц к ответственности в связи со смертью».

В управлении по взаимодействию с институтами гражданского общества и СМИ МВД России на вопросы RT о заявлениях Зобенкова и его близких в полицию ответить также не смогли. «В соответствии со ст. 161 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, данные предварительного расследования могут быть преданы гласности лишь с разрешения следователя», — пояснили в ведомстве, посоветовав обратиться за комментарием в Следственный комитет.

Семьи Зобенкова и Васильева хотят привлечь к ответственности и Светлану Федяеву — они считают, что по сути именно пенсионерка спровоцировала нападение.

Сама Федяева говорит, что конфликт у неё был только с Васильевым (из-за коз и собаки), а с Зобенковым и его семьей — не было. Приехать в Михайловское, продолжает Федяева, сына она не просила, а только хотела, чтобы он поговорил с Васильевым по телефону.

«Я после этого два раза сказала Васе: не приезжай, никаких разборок не надо, — утверждает женщина. — Он фактически обманул меня: сказал, что сидит дома отдыхает, а сам ко мне поехал».

Как и защита Зобенкова, женщина считает, что «сыграл роль алкоголь». Она говорит, что во двор к Зобенкову Василия «на руках заносили» приехавшие с ним мужчины.

«Это не защита семьи была. Да и какая защита от безоружных?! Одна только палочка была у Васи (следствие говорит о «вооружённых не менее чем одной деревянной палкой» людях, которые «самовольно проникли в домовладение». — RT). И повреждений семья не получила, — считает Федяева. — У Миши, можно сказать, повреждений и нет. Марину кто-то схватил за руку и толкнул… Но я думаю, что она напрыгивала на них, когда Миша с Васей дрались, вот и получила по ногам. Но это тоже ведь не смертельно».

Якобы Зобенков и Васильев преследовали одного из приехавших и наносили добивающие удары. Но этому противоречат материалы уголовного дела, в частности показания выжившего Омарова.

Также по теме

Два года колонии вместо 15: как судмедэкспертиза может изменить судьбу человека

Заключение судебно-медицинской экспертизы — одно из многих доказательств в уголовных делах и должно рассматриваться наравне с…

Судебно-медицинские экспертизы тел погибших (есть в распоряжении RT) установили, что Петров получил два удара ножом, Ордынский — три, Турачмагомедов — один. Все ранения были нанесены спереди. То есть Александр не гнался за нападавшими. А это, в свою очередь, «подтверждает отсутствие у него умысла», подчёркивает адвокат Галина Иванцова.

Федяева уверяет, что нож, использованный Зобенковым, был «очень длинный, сантиметров 30, если не длиннее». Но эти предположения также опровергаются выводами экспертов: клинок был 2,2—2,4 см шириной и 6—10 см длиной. То есть обычный кухонный нож.

«Шансы на оправдание есть»

Обвинение Александру Зобенкову предъявлено по п. «а» ч. 2 ст. 105 УК РФ — «Убийство двух и более лиц». Если вину докажут, Александру грозит от восьми лет заключения до пожизненного срока.

«Шансы на оправдание есть. При наличии суда присяжных их больше, — комментирует ситуацию юрист Андрей Виленский. — В целом же обвинительный уклон правоохранительной системы — вещь общеизвестная, и общее число оправдательных приговоров по всем категориям дел не превышает 0,2%».

Виленский также замечает, что в соответствии с постановлением Пленума Верховного суда о необходимой обороне «уклоняться от обороны даже при наличии такой возможности не является обязанностью обороняющегося. По закону он имел право как бежать, так и защищаться».

«Я остался жив только благодаря действиям Александра, который оказал сопротивление нападавшим», — уверен Михаил Васильев.

Поделитесь в социальных сетях:FacebookTwitterВКонтакте
Напишите комментарий